В прокате Израиля
  • Место в раю
  • Операция "Копьё"
  • Вифлеем
  • Молодость
  • Кто боится серого волка?
  • Водопроводчик
  • Охота на слонов
  • Чудеса
  • Ложь во спасение
  • Путешествие Игоря и журавлей
  • Бананы
  • Городская легенда
  • Рок в касбе
  • Последние стражи
  • Не в Тель Авиве
  • Баллада плачущей весны
  • Заполнить пустоту
  • Пять разбитых камер
  • Реставрация
  • Бешенство
  • Проникновение поодиночке
  • Путешествие начальника отдела кадров
  • Внутренняя грамматика

  • Подписаться на новости сайта



    Rambler's Top100

    Весь русский КИНО-интернет.


     10323404 

    Тексты

      Национальная небезопасность, а, может быть, и неуверенность 25-06-05
    Израиль на американских экранах показывают значительно чаще, чем любую другую страну. Правда, больше в выпусках новостей, когда что-то случается. Израильское кино видят редко: оно считается закрытым и элитным. Но как раз здесь успехи израильтян наиболее впечатляющие. Телеканал Sundace, специализирующийся на независимом кино, часто показывает израильские документальные фильмы. Недавно израильские документальные фильмы завоевали призы на престижном нью-йоркском фестивале Трибека. Израильское документальное кино получило признание и на фестивалях в Амстердаме и Берлине.

        Теперь же израильтяне привезли в Нью-Йорк 20 разных кинофильмов, объединенных интригующим названием «Национальная небезопасность». Его еще можно перевести с английского «Homeland insecurity», как «Национальная неуверенность». Фестиваль проходил в кинотеатре «Пионер» в Ист Вилледже. Прошли времена, когда все израильское предлагали купить только потому, что это израильское.

        Популярностью у зрителей и критиков не пользуются крупные работы, посвященные политическим проблемам, с актуальной повесткой дня, защищающие тезисы одной из сторон. Публика предпочитает фильмы, посвященные маленьким человеческим историям, рассказы о простых людях, о частных проблемах людей живущих в одном из самых беспокойных точек нашей планеты. Через них и политика становится понятней.

        Признаться, на встречу с израильтянами мы шли с некоторой опаской. Когда-то израильское кино, особенно документальное, считалось частью пропагандистского аппарата и управлялось чиновниками. Не лучше было, когда министры лично пытались руководить киноискусством. Памятен случай, когда министр Натан Щаранский на какой-то церемонии, взобравшись на трибуну, с сильным акцентом толковал удивленным молодым израильским кинематографистам, что Ленин считал кино самым важным искусством. В аудитории долго смеялись.

        Давид Фишер, руководитель Нового израильского фонда кино и телевидения, оказался настоящим профессионалом. Созданный в 1993 г. фонд частично субсидируется Министерством культуры и имеет независимый от чиновников статус. За десятилетие фонд поддержал создание более 200 фильмов и проектов.

        – Сегодня мы – основная движущая сила израильской кинодокументалистики. Наша цель поддержать разнообразие проектов, молодых режиссеров, – рассказывает Давид. Он с гордостью перечисляет международные достижения израильтян, достигнутые с помощью фонда, среди которых завоевавший самую престижную телевизионную премию «Эми» (совместная продукция с НВО) «Имя Бога». Фонд стремится показать широкую картину Израиля, выходящую за рамки кадров вечерних новостей, представить различные точки зрения. Наш девиз – разнообразие. Двести наших фильмов – это 200 лиц нашего государства. У нас нет политической заданности. Главное – рассказать хорошую историю. Мы поддерживаем еврейских и арабских кинематографистов, создавших очень разные фильмы. Общее для них лишь то, что в каждом звучит уникальный голос художника, рассказавшего свою неповторимую историю.

    Фильм «Одесса ... Одесса» Михаль Боганим, снятый на трех континентах, привлек внимание прессы и проката еще до фестиваля. Фильм молодой израильской кинематографистки о привлекательности города, известного своим жизнерадостным юмором, о тоске стареющих одесских евреев. Фильм снят в Одессе, в израильском Ашдоде и нью-йоркском Брайтон-биче. Фильм импрессионистский. Герои фильма поют, танцуют, рассказывают и рассуждают за рюмкой водки о пленяющем прошлом. Картина очень напоминает музыкальный видеоклип. Там скорей мечта и тоска о потерянном городе, чем привычный фильм о городах и кинопутешествиях.

        – Ни я, ни мои родители не имеем отношения к Одессе. Для меня Одесса символизирует общую проблему эмиграции, изгнания, отчуждения людей от места их родины. Я родилась в Израиле, выросла в Париже, училась в Лондоне. И я знаю, что такое чужбина, не понаслышке. Одесса в моем фильме – это метафора. Я шла за выходцами из Одессы, а меня больше всего интересовала универсальная тема дома, крова.

    К.ф. "Одесса... Одесса"
        Сегодняшняя Одесса в фильме какая-то голубая и пустая: пустые улицы, пустые ветхие дома... Не может быть иначе... ведь герои фильма их оставили. Их Одесса – это не реальный город, а тот потерянный дом, который остался позади, в котором их больше нет. Поначалу было странно ловить в фильме молодой израильтянки сефардского происхождения мотивы Феллини, да еще особым образом переосмысленные русским кинематографом. Потом я понял, что это не режиссерские уловки, а герои фильма, их жизнь без грима, годятся для съемок неореалистического кино. В отличие от Феллини, Михаль Боганим не видит своих героев гротескными. Она запечатлела уходящее поколение, помнящее еврейскую Одессу, пережившее Мировую войну и Советский Союз и навсегда оставшееся его последними гражданами. «Красная армия – это был мессия», – говорит один из героев фильма.

        – Герои идеализируют свой дом, свой город, вспоминают о нем с тоской и ностальгией, – говорит Михаль. – Они на чужбине, и те, что в Брайтоне, и те, что в Ашдоде, и даже те, что остались в Одессе.

        Вторая часть фильма – встречи на Брайтон-Бич, где осели одесситы, как раз те, что хотели сохранить в себе Одессу. Среди героев – стареющая певица ночного клуба, бродящая по неустроенному и чужому Нью-Йорку. На набережной Брайтон-Бич, как на «Молдаванке музыка играет/ Кругом веселье пьяное шумит/ Маруся рюмку водки наливает...». И местный гимн о том, что на Брайтон-Бич кто-то нашел свою Одессу, и даже «Боже, храни Америку» переплетаются с привычными эмигрантскими разговорами перед камерой.

        Третья часть снята под пронзительным израильским солнцем. Совершив алию, одесситы-репатрианты говорят знакомое: «В Одессе мы были евреями, а здесь мы – русские». Они не только стали чужими в родной Одессе. Даже в Сионе герои фильма чувствуют себя больше русскими, чем они были в Одессе.

        Суха Арраф – режиссер фильма «Доброе утро, Иерусалим» о человеке, оставшемся сиротой в 17 лет, вырастившем 11 братьев и сестер. В конце он сам оказался без дома, в огромном иерусалимском приюте, где собрались другое бездомные люди, люди без документов, борющиеся за право жительства. По сути, лагерь беженцев. Речь идет о шикарном когда-то культурном центре в квартале Шейх Джарах в Восточном Иерусалиме, ставшим местом жительства для палестинцев, потерявших крышу над головой, статус жителя Иерусалима или иорданцев, женатых на израильтянках и борющихся за легальный статус. Работа Сухи Арраф не похожа на обычные фильмы «о страданиях палестинского народа». Фильм затрагивает больную проблему современного Израиля. Ведь таких вот бездомных людей без документов тысячи. Это не только жители территорий, но и иностранные рабочие, женатые на израильтянках, эмигранты из СНГ – родственники израильтян, не имеющие права на гражданство, вырвавшиеся из сексуального рабства женщины, выброшенные из привычной жизни палестинцы, помогавшие израильской администрации и просто деклассированные элементы, бездомные подростки и старики. Кинокритики в Нью-Йорке увидели в картине аналогию с жизнью нелегальных иммигрантов, которых в США около 10 миллионов.

        – Злая ирония заключается в том, что герой родился в Иерусалиме, его отец родился в Иерусалиме, а он стал здесь беженцем, нелегальным иммигрантом.

        Среди фильмов выделяется правдивые рассказы жительницы еврейского поселения Хумеш в Самарии Меноры Хазани («Небеса в Хумеше ближе») о сложной, полной трагедий жизни поселенцев во время палестинского восстания интифады и Эбтисана Ма’арана («Потеряный Рай») – о маленькой рыбацкой арабской деревушке в самом сердце современного Израиля – трагедиях прошлого и мифах современности. Фильм «Непорочность» Анат Цурия касается тем брака и сексуальности в религиозной еврейской среде. Рассказ от первого лица выявляет напряженные отношения и пресс современности на людей, старающихся сохранить традиционный образ жизни, выработанный столетиями.

        Фильм замечательной журналистки Ады Ушпиц «Кровавое дело» следует за двумя эфиопскими женщинами на пути из африканской деревни в современный Израиль, показывает их надежды, разочарования и ежедневные старания пробиться в новом для них мире. В 1998 г. Ада Ушпиц первой сняла репортаж о детях репатриантов из России, страдающих от этнической вражды и насилия в израильских школах. Ее работа и серия статей в газета «Ха-арец» стала для многих израильтян настоящим откровением.

        Не все на фестивале одинаково. Фильм Ницана Гилади («В плену Сатмара») о семье йеменских евреев, приехавших в Нью-Йорк в рамках антисионистской программы сатмарских хасидов, а затем вывезенные израильтянами, очень односторонен. Автор упустил случай показать человеческую сторону нашумевшей истории, трагедию традиционной семьи, попавшей в мир непонятных правил и установлений. Да и хасиды показаны излишне схематически.

        Хочется обратить внимание на то, что ни на Фестивале, ни в списке членов Нового израильского фонда кино и телевидения нет выходцев из бывшего СССР. Нет наших земляков ни среди сотрудников, ни среди директоров, ни среди лекторов фонда. А жаль, потому, что без участия кинодокументалистов-выходцев из бывшего СССР не может быть полной и правдивой картины современного Израиля, не может быть истинного разнообразия. Без участия кинематографистов-выходцев из бывшего СССР цели Фестиваля не достигаются, и принципы Нового израильского фонда остаются невыполненными.

        Сегодня, когда весь мир разделился на тех, кто поддерживает Израиль, и тех, кто «за них», когда нашу страну видят лишь в черно-белом свете, показ сложной, противоречивой действительности лишь украшает Израиль. Правдивое изображение израильской жизни служит укреплению образа еврейского государства в мире, не боящегося смело и открыто обсуждать больные проблемы. Задача документального кино – не пропаганда в стиле соцреализма, а поиск интересных жизненных историй, обычно не видных за кадрами новостей. И эти истории представляют интерес, не только потому, что их сделали в Израиле, а потому, что они правдивые и хорошо рассказанные.

    Михаэль Дорфман

    Источник:газета "Ами", 28/04/05 
    URL:http://www.jew.spb.ru/ami
    Просмотров:4596 

    Оставить комментарий Обсудить на форуме


    Поиск по сайту ?